Таджикские журналисты рассказали какими статьями они гордятся

Форма поиска

Таджикские журналисты рассказали какими статьями они гордятся

Сегодня журналисты Таджикистана отмечают профессиональный праздник – День печати.

В этом году Дню таджикской печати исполняется 107 лет. В связи с этой датой мы попросили некоторых наших коллег рассказать о своих самых резонансных публикациях, тех, которыми они гордятся.

Рамзия Мирзобекова: «Видела отчаяние и боль людей…»

Какой своей статьей я горжусь? Скорее всего это «Следствия или инквизиция», написанной в конце 2010 года. Эта статья стала первым журналистским расследованием в Таджикистане на тему пыток. Редакция «Азии Плюс» тогда стала первопроходцем в этом деле и сняла табу с обсуждение этой темы в обществе. На тот момент люди боялись об этом говорить, а СМИ почти не освещали такие темы. Но после нашей статьи лед тронулся и проблема пыток стала подниматься чаще. О ней стали говорить больше и громче.

Рамзия Мирзобекова

Впоследствии в 2011 году была создана Коалиция против пыток, а в 2012 году была внедрена отдельная статья в Уголовный Кодекс страны против пыток.

Я считаю, что толчком этому стала именно наша статья. Правда у нас самих потом начались некоторые проблемы. Начальник Управления по борьбе с организованной преступностью МВД подал иск в отношении редакции, так как в статье виновными в применении пыток назывались работники этого ведомства. Были и допросы в прокуратуре, причем с таким пристрастием и психологическим давлением, как будто все преступления приведенные в статье совершил журналист, а не сотрудники органов.

В отношении последних, конечно, никаких мер принято не было.

Мы потом часто слышали, что якобы проводилось расследование, но состава преступления в их деяниях не нашли. Этого и следовало ожидать, как говорится, понятие о чести мундира у нас своеобразное...

Хочу отметить, что при этом эта статья была еще и одной из самых тяжелых в моральном плане для меня, и дело не в прокурорских допросах и судебных разбирательствах, а в том, что пришлось увидеть и услышать, когда работала над ней.

Исковое заявление против редакции потом забрали..

Слышала самое разное и самое страшное, а видела — отчаяние и боль людей, которые потеряли своих близких во время пыток или же, зная их мучения за стенками, не знали как помочь, как избавить их от этого. Не хватало цинизма абстрагироваться от этого, боль этих людей передавалась и долго была со мной. Это была тяжелая статья...

Нурали Давлат

Нурали Давлат: «Тираж был раскуплен за день»

- Хотелось бы вспомнить дискуссии, которые развернулись в 2009 -2012 гг. вокруг пролонгации договора по российской военной базе. На протяжении трех лет я утверждал, что Таджикистан рано или поздно подпишет договор на российских условиях. Многие аналитики были уверены, что правительство Таджикистана подпишет договор только в том случае, если Россия будет платить арендную плату в размере 300 миллионов долларов.

Однако, осенью 2012 года договор был пописан, но итоги превысили мои ожидания, так как я не мог предположить, что российским военнослужащим предоставят дипломатический иммунитет!

У меня нет архива своих статей, поэтому сегодня трудно вспомнить все резонансные материалы. Перечислю только те, что запомнились.

В первую очередь, это статья о Дододжоне Атовуллло под названием «Правда ли, что главный редактор «Чароги руз боится правды?». Она была опубликованная весной 2004 года в газете «Одаму олам», где я был и.о. главреда.

Через 2-3 недели ее опубликовали правительственные и партийные газеты, в том числе «Джумхурият», «Минбари халк» и др.

На самом деле это было откликом или ответом на интервью Атовуллоева в еженедельнике «Рузи нав».

Многие почему–то были уверены, что статья была написана то ли по заказу противников Атовуллоева, то ли по просьбе чиновников, поэтому, когда с разных структур меня попросили написать продолжение этой статьи, я отказался.

Серьезный резонанс был на публикацию «Что нам построит Дерипаска: правительство или ГЭС». Она была опубликована весной 2006 года в «Миллате». Руководство РусАл в Таджикистане мне заявило, что я противник российско-таджикской дружбы.

В газете «Нигох», где я был первым главным редактором, резонансной стала статья о бывшем министре МВД Якубе Салимове. Тираж был раскуплен буквально за один день.

В этой же газете, я предложил объявить Рогунскую ГЭС национальной идеей. Но выпуск акций не моя идея. 

Статья о кровавом нападении в ущелье Камаров, когда погибли более 25 военнослужащих, пришлась не по душе военному ведомству, поэтому бывший министр обороны обвинил журналистов независимой прессы в пособничестве террористов.

Пресс-центр МО РТ подготовило и показало по телевидению специальную программу, в которой резко раскритиковались независимые СМИ. В течение 2 дней, в субботу и воскресенье эту программу прокручивали по телевидению и почему-то крупным планом показывали мою статью «Кто ответит за кровь 25 военнослужащих?».

В 2015 году в «АП» опубликовал статью «Таджикистан: От миротворчества к мифотворчеству». Вокруг статьи развернулась бурная дискуссия в соцсетях, так как были приведены доводы, проливающие свет на истинные причины подписания Соглашения о мире в Таджикистане.

Иршод Сулаймони

Иршод Сулаймони: “Бороться за справедливость - приницип моей жизни”

- Я не могу отобрать лучшие из моих публикаций, лучше пусть этим займутся читатели. Но могу сказать, что мне не стыдно за свои материалы. Потому что всегда старался отразить реальность и достичь совершентсва. 

Хотя из-за многих моих материалов меня вызывали в соотвествующие структуры, угрожали, из-за своих публикаций я многое потерял в личной жизни. Но никогда они не стали причиной моих сожалений, наоборот, я горжусь своей работой.

Шагать по пути правды и бороться за справедливость - главная ценность и приницип моей жизни. Человек может изменить свою позицию, но измену своим приниципам я считаю предаталеьством.

Мархабо Зуннунова

Мархабо Зуннунова: «Радовал результат – добились справедливости» 

- Часто пишу на социальную тематику. Конечно, не без проблем, но были и запоминающиеся материалы, которые вызывали отклики у читателей.

В прошлом году опубликовала серию статей, посвященных проблемам народных ремесел, и стала победетельницей конкурса среди журналистов в этой номинации.

Мне очень дорога статья «Национальная самобытность таджиков возрождена усилиями Лидера нации Эмомали Рахмона».  Этот материал мне дорог, во первых тем, что я в течение большого времени его перерабатывала, дополняла и искренне радовалась развитию нашей моды, возрождению нашей национальной одежды и потому , что он был по достоинству оценён очень компетентным жюри в составе профессоров РТСУ.

А ещё у меня были материалы по правам человека: про жилищную проблему известного российско-таджикского путешественника. Порадовал результат - мы добились возвращения ему незаконно занятого жилья - 5-комнатной квартиры!

Вот ещё мой любимый материал, это было в «Азия-Плюс»  и его перетащили по многим сайтам в 2007 году «Ветераны спецподразделений: «отработанный материал» или неиспользованный потенциал?» 

Последняя моя статья о Хошиме Гадо -величайшем актёре современности, считаю большой журналистской удачей, так как он славится сложным характером, но для меня большая гордость, что он не только согласился беседовать со мной, но и доверил мне многие тайны и свои проблемы. Благодаря  этой возможности я открыла для себя очень сильную, целеустремлённую, цельную личность, который может стать примером патриотизма, стойкости духа, трудолюбия для многих таджикистанцев.

Зафар Абдуллаев

Зафар Абдуллаев: «Как вообще осмеливался так писать?»

- Уверен любому журналисту, имеющему многолетний стаж работы, трудно выделить что-то одно, потому что многие его работы – статьи или аудио-видео материалы могли быть сделаны «от души» или имели какой-то результат.

Есть публикации, которыми я гордился в те периоды, когда они были созданы, потому что в то время они помогали каким-то конкретным людям.

Это мог быть простой учитель-узбек из Кабадияна, которого пытались посадить по подложному обвинению в членстве «Хизб-ут-Тахрир» и только потому, что просто тогда было модно сажать по такой статье представителей этой этнической группы.

Помню дело одного госдеятеля и одновременно крупного хозяйственника, которого на региональном уровне давил местный глава с подключением репрессивного механизма силовиков. Тогда я был частью системы его защиты, которая выстояла под их натиском. Правда, позднее, как я слышал, у него все-таки «оторвали» приличные куски акционерной собственности.

Была также серия статей в защиту еще одного АО в столице, которое вообще решили ликвидировать, получив подпись главного человека. Это вообще беспрецедентный случай. Откровенно было желание получить элитное место в самом центре столицы. На какое-то время и эти атаки удалось отбить, но так как в итоге спустя пару лет, все равно власть добилась своего, мне сложно записать себе это в актив.

Наверное, я бы гордился теми публикациями, которые поразили меня самого. Это краткие авторские колонки в газете «Факты и комментарии». Тираж газеты был ничтожным. Сейчас, когда некоторые те колонки попадаются мне на глаза, я думаю, как вообще осмеливался так писать. Откуда было столько смелости и бесшабашности…

Самое главное, как впоследствии я узнал, ряд таких заметок дошли до людей, которые имеют отношение к принимаемым в стране решениям. Это самое главное для меня, потому что к этому я и стремился все время – пытаться достучаться именно до «верхов», ведь в конечном итоге, изменения в стране зависят от них.

И хотя страна сейчас развивается совсем не так, как хотелось бы мне-гражданину, думаю все те потуги мои и коллег-журналистов периода 2000-2010-х годов были не напрасны. Мы не смогли обеспечить демократизацию общества, но хотя бы притормозили скорость авторитарных тенденций в стране.

Манижа Курбанова

Манижа Курбанова: «Истории с продолжениями»

- За 13 лет работы в «Азия-Плюс» было, конечно, много интересных поездок и материалов. Из самых запоминающихся, пожалуй, можно назвать журналистское расследование про смерть известного таджикского певца Кароматулло Курбанова, опубликованное в октябре 2006 года, когда я только начинала в большой журналистике.

Мы с коллегой ездили в Яван, встречались со многими людьми, которые были очевидцами события, например, с милиционером, который в тот злополучный вечер дежурил на посту Дахана или совершенно случайно, на местном рынке, с одним из бывших боевиков, который был осужден на долгий срок и только вышел из тюрьмы. Также было интересно съездить в дом убийцы – Восита, встретиться с его родными, в том числе, с детьми и женой, описать трагедию со всех сторон. Я также встречалась с отцом певца Кароматулло, его братьями и сыном.

И что интересно, для полной картины мне помогли архивные документы о расследования дела, предоставленные в Верховном суде республики (в то золотое время многие ведомства были открыты и активно взаимодействовали со СМИ).

Помню, как в то время я сдавала материал частями – статья была запланирована в номер, и ее нужно было успеть в срок, а пока я писала (частями), ее редактировали и корректировали на ходу,(ох,уж мои шефы - Ольга Тутубалина и Умед Бабаханов понервничали в тот вечер). Зато на следующий день газету раскупили, о ней говорили. Многие таджикские газеты перевели и перепечатали материал о Кароматулло, а некоторые газеты Узбекистана в то неблагополучное время (отношения между странами было сложное), попросили разрешения перепечатать ее у себя. 

Еще одна история связана с материалом «На малой родине отца Шавката Мирзияева», опубликованного в 2010 году. В то время я находилась по одному из проектов в командировке в Исфаре, и у меня уже был билет на самолет обратно в Душанбе. Вдруг позвонил наш тогдашний редактор Марат Мамадшоев и попросил съездить в Истравшан («Манижа, это ведь недалеко»).

Предпосылкой для написания этого материала стали публикации в иностранных СМИ о возможном преемнике Ислама Каримова – президента Узбекистана, который в то время уже серьезно болел. И кто-то из оппонентов Мирзияева – в то время действующего премьера страны, написал, что его корни из таджикского Истравшана. Кроме того, что надо найти кишлак с названием Яхтан я ничего не знала. Поехала в Истравшан, оказалось, что этого кишлака там нет и надо ехать в Гончи. На такси поехала в Гончи (ныне Деваштич), после долгих усилий, наконец, нашла этот кишлак, но там никто не говорил ни на таджикском, ни на русском языках.

Пришлось использовать таксиста в качестве переводчика. Люди приняли меня с осторожностью, было очень трудно разговорить их. Но по крайней мере, удалось получить немного информации о самом Шавкате Миромоновиче, который приезжая сюда, на родину своего отца еще мальчишкой, до сих пор продолжал поддерживать связи со своими двоюродными братьями и сестрами и приглашать их на семейные мероприятия. Материал напечатали и он не оказал особого фурора на публику. Но самое интересное было впереди.

И вот, когда через 7 лет не стало Ислама Каримова, и началась предвыборная президентская кампания в Узбекистане, о материале про историческую родину Шавката Мирзиеева снова вспомнили. И этот материал перепечатала не только «Азия-Плюс», но и многие узбекские интернет-СМИ.  

Прикольно, что материал оказался «бородатым»: после возобновления отношений нашей страны с Узбекистаном, некоторые представители отечественных СМИ  обращались ко мне на полном серьезе и интересовались, сколько мне заплатил Мирзияев за этот материал. Ходили слухи и про квартиру в Дубае, которую якобы подарил мне узбекский президент.

А еще, когда в марте прошлого года в Душанбе приезжала огромная правительственная делегация из Узбекистана, журналист одного из государственных СМИ  просила посодействовать встрече с руководителем легендарной группы «Ялла»  Фаррухом Закировым за определенную сумму. На мое удивление, журналистка ответила, что я являюсь негласным пресс-секретарем узбекской делегации. Все это было настолько смешно, если не обидно.

Ведь на самом деле, меня даже никогда не  приглашали даже в обычные пресс-туры для таджикских журналистов, которые не раз проводились в соседней стране.  Но не это важно для меня как журналиста.  А вот такой необычный резонанс.

Однажды ко мне обратился известный таджикский футболист, бывший игрок легендарного «Памира» Александр Азимов, который ныне живет в Германии. В материале о корнях Мирзияева, со слов родственников была информация о том, что он тоже приходится дальним родственником Шавкату Миромоновичу.

«Когда я прочел статью, то долго смеялся об абсурдности сказанных слов, - сказал Александр по телефону, - но потом, после расспросов у родни и после того, как я нашел документы своего отца о том, что он тоже родом их Яхтана, я был сильно удивлен».

По словам Азимова, он так заинтересовался этой историей, что съездил в Зооминский район Узбекистана, где родился Шавкат Мирзияев и нашел своих родственников. В его планах – встретиться однажды с узбекским президентом. «Мне ничего от него не надо. Я самодостаточный человек, у меня свой бизнес в Германии, - сказал он, - Я просто хочу узнать Шавката Миромоновича как человека, пообщаться с ним». Вполне возможно, что эта история найдет свое продолжение.

Хуршед Атавулло

Хуршед Атавулло: “Каждый мой материал – частица моей жизни”

- Для родителей не бывает хороших или плохих детей. Каждый из них имеет свое место и цену. Для меня то же самое. Каждый мой материал – частица моей жизни.

Для меня представляет наибольшую ценность время, потраченное на подготовку каждой из моих публикаций. С этой точки зрения у меня нет “любимых” и “нелюбимых”. Никогда не сожалел после написания своих материалов.

 

news.tj

Русский